РАССКАЗ ДНЯ

Лучшие рассказы

Цитата дня


Фотоархив

09.jpg

ЛУЧШИЙ СТИХ

Стих дня

АКТУАЛЬНОЕ

Лучшие рассказы

Лучшие рассказы

Лучшие рассказы

Содержание материала

Рассказ о любви и предательстве

 

В тот день, когда я окончательно поняла что сказка, а вместе с нею и первая моя девчоночья любовь оборвалась, я торопливо шла по осыпанной снегом улице, пряча в карманы куртки свои продрогшие руки.

Окоченевшие пальцы нащупали в кармане маленький, размером с пол-ладони, сложенный вдвое как книжечка плотный листочек бумаги…

Я остановилась. Поднесла листок, который, по сути, являлся открыткой ко Дню Святого Валентина, к близоруким глазам.

Секунд с десять ушло на  изучение его содержимого, написанного моим подчерком, который отличался аккуратностью и необычностью.

Открытка была адресована моей первой и нынешней на то время любви. И бывшей на момент сегодняшний…

 

Я поспешно скомкала неподатливую открытку в руке и закинула ее в мусорный бак. Не попала. Расстроилась.

Сунула окончательно замороженные руки обратно в карманы и заспешила домой. Холодный резкий ветер, дувший в лицо, вызывал слезы…

 

Хотя вполне вероятно, что плакать хотелось, вспоминая события дня уходящего…

Смахнув слезинки с уголков глаз и, чуть было, не размазав шоколадную тушь, вошла в подъезд.

Как назло (по всей видимости, в тот день полмира точно сговорилось против меня) лифт не работал. Благо, что подниматься пришлось невысоко…

Грея шею, смотрела я только под ноги. Поэтому было абсолютно неудивительным то, что под ногами была одна и та же картина: ступенька, ступенька, ступенька, площадка, ступенька, ступенька, ступенька…

На предпоследней ступеньке я невольно остановилась -  и слезы потекли, как весенние ручейки. Попытавшись стереть их, я все-таки размазала тушь по покрасневшим от мороза щекам…

 

Это была н а ш а ступенька…

Именно она, единственная была немым зрителем его первых признаний, моих первых откровений, нашего первого поцелуя.

И эта наша ступенька, вот уже по прошествии более чем полугода, иной раз будоражит во мне старые воспоминания и чувства.

 

…Это был канун католического Рождества. Вечерело...

В свете вечерних фонарей было видно, как огромными хлопьями лениво падал белый снег…

 

Рывком схватив куртку с вешалки и кое-как накинув ее, я выскочила на лестничную клетку, не желая отпускать его, пока не будет высказано все.

О чем мы говорили там, на лестничной клетке и на н а ш е й ступеньке, да и в тот вечер в принципе, я уже и не вспомню.

Кажется, что-то было сказано про дальнейшее развитие наших отношений, про беспочвенную ревность друг к другу.

Помню только чувства, которые переполняли меня тогда… Это была и нежность к нему, впервые казавшемуся таким милым, добрым и заботливым без своей маски-самозащиты.

Был и восторг с долей смущения и почему-то стыда от его крепкого объятия. Было там также восхищение его вечно пересохшими губами и по-девчоночьи длинными ресницами.

Еще было осознание того, что ты кому-то кроме себя и своих родителей нужна.

Ощущения были такие, словно все это сон, либо же какой-то любовный романчик в котором фигурируют фразы в стиле "ее волосы щекотали его щеку".

И в довершении всего была волнительная дрожь, которая била меня потом, так, что я не могла ровно держать ручку.

Дрожь эта возникла, собственно говоря, не от его признаний, а от его поцелуя. Он, как для первого, вышел очень даже романтичным.

 

…Мы стояли на второй сверху ступеньке лестницы, что спускалась вниз. Из-за двери моего соседа доносились какие-то непонятные звуки…

Думаю, чтобы подчеркнуть романтику того вечера мне не мешало бы вспомнить чем пахло в подъезде – но об этом, увы, я не имею ни малейшего понятия.

В этой своеобразной атмосфере, прервав затягивающийся разговор, он схватил меня за подбородок, чуть приподнял его, несильно – я поддалась, и, не раздумывая, прикоснулся своими мягкими теплыми губами к моим губам.

В следующую секунду он уже порывисто, крепко, и очень быстро обнял меня, ошарашенную, и, прошептав на ушко самое стандартное "я тебя люблю", отпустил меня и начал спускаться вниз.

Когда я поняла, что не сплю, не брежу, то прокричала ему вслед что-то вроде "надеюсь это все правда".

Потом я пулей влетела домой; а весь оставшейся вечер проходила с глуповатой ухмылочкой на лице и полным сумбуром в мыслях.

 

Да… от всего этого в тот день, как говориться, у меня "рвало крышу", кроме всепоглощающей любви к нему я больше ничего не чувствовала.

Признаться честно, я даже ночью не смогла заснуть – провалялась, сминая простынь, в постели, при этом думая о нем и о том, что может ждать нас дальше…

 

Но мои смелые ожидания не оправдались… Рождественская сказка, продлившаяся как таковая не более пяти дней постепенно сошла на нет.

 

Он не поздравил меня толком с Новым годом, не звонил – это я обрывала его телефон, не приходил, хоть и обещал – и это были всего лишь мелочи в ожидавшем меня кошмаре, что затянулся практически на месяц.

 

Кошмаре, заключавшемся в том, что я днями слушала тишину, ожидая его прихода – скрип входной в подъезд двери и резкий звонок телефона резали слух, а звуки чужих шагов по лестнице чуть было не довели меня до паранойи.

Я знаю, это звучать может и глупо и наивно, и многие решат, что я преувеличиваю, но так оно и было – я медленно и уверенно сходила с ума.

 

Теперь, конечно, когда я пишу эти строки, я улыбаюсь – ведь остались только воспоминания и ничего более – ни чувств, ни эмоций.

Депрессии мне в том месяце было, конечно, не избежать, но я как-то более-менее держалась – помогали уроки, которыми занималась автоматически, пытаясь хоть каким-то образом отвлечься, спасали подруги, которые утешали и подбадривали, отчасти помогала мама.

Хотя плакать без слез и срываться от безнадежности я предпочитала в одиночестве – так было просто легче.

 

…Пока не нагрянул тот день, когда все мои мечты и надежды испарились, лопнули, словно тонкий мыльный пузырь от прикосновения к нему детских ладошек.

Тогда я выловила его после уроков, попросила объяснения его странного поведения на протяжении вот уже практически второго месяца.

Ответ был краток и лаконичен: "я решил, что нам лучше бы было оставаться друзьями". Просто друзьями…

 

Звучало это, да и звучит как-то наивно, будто подросток, еще не до конца созревший, пытается играть во взрослые отношения.

Какими мы остались друзьями, когда, после этого разговора, у меня создавалось ощущение, что мы находимся, как минимум на противоположных концах вселенной, и не то, что пообщаться не в силах, мы даже увидеть друг друга не можем?!

И это после того, как он через каждые день-два задерживался у меня после школы под различными предлогами!

 

В тот день я захлебывалась от ощущения боли, горечи,  и, наверное, обиды. День этот был огромным разочарованием.

Для меня. Только для меня… Только для меня?..

Нет, учитывая то, что в конце учебного года он уверял меня, что ему тоже было гадко, мерзко и паршиво, но без этого обойтись он не мог, чтобы потом не стало еще хуже.

Звучит это оправдание еще нелепей и бредовей, чем все остальные его слова вместе взятые.

Весь конец этой затянувшейся и резко оборвавшейся истории похож на какую-то шаблонную лапшу, которую упорно и тщательно он вывесил сушиться на моих прелестных ушках.

Что все-таки интересно, забавно и радостно в этой жизненной истории, достойной маленького бульварного романчика, так это то, что в тот вечер, когда мне явно дали понять, что меня бросили, я смогла поставить жирный крест на своих чувствах к нему.